clio_historia (clio_historia) wrote,
clio_historia
clio_historia

Category:

В советском плену находилось 69 977 чехов и словаков*.




С XVI века находившаяся под властью немецких Габсбургов Чехия встретила Первую мировую войну в составе Австро-Венгрии. Предвидя ее скорый крах, чешские "лучшие люди" принялись заранее искать себе нового, более сильного хозяина.

Какое-то время в этом качестве рассматривалась Российская империя. Чешские националисты даже разработали проект реанимации монархии, предполагая сделать своим королём либо самого Николая II, либо кого-то из его родственников. Именно с этой целью чехи вспомнили о своей принадлежности к славянам и "славянском единстве". В ходе войны чешские солдаты при первой возможности массово сдавались русским, чтобы потом вступить добровольцами в формируемый в нашей стране Чехословацкий корпус, который к концу 1916-го насчитывал 60 тысяч штыков. Так случилось первое чешское предательство – в отношении Австрийской короны.



Когда после прихода к власти большевиков Россия вышла из войны, чехи, опасаясь быть выданными австрийцам, переметнулись на сторону Франции – их корпус был объявлен частью французской армии и по согласованию с Совнаркомом должен был проследовать через Владивосток на Западный фронт. Однако из-за революционного хаоса процесс отправки тормозился: эшелоны чехословаков растянулись от Пензы до Тихого океана. Этим воспользовались союзники по Антанте, которые решили свергнуть правительство Ленина и вернуть Россию в войну, подбив легионеров на мятеж. За считанные недели чехи свергли советскую власть на всём протяжении Транссиба. Это было второе чешское предательство – на этот раз в отношении большевиков.



Антибольшевистский плакат, изданный штабом Чехословацкого легиона (1918 год)


Белочешский мятеж стал главной причиной полномасштабной гражданской войны в России, в которой легионеры приняли самое активное участие. Причем не только, и не столько на фронте, сколько в тылу, где они действовали как жестокие каратели, уничтожая русские деревни, заподозренные "в сочувствии к красным", грабя и убивая их жителей, невзирая на пол и возраст.

Позже они совершили ещё одно гнусное предательство – выдали большевикам Верховного правителя адмирала Колчака. В декабре 1919-го на фоне поражений белых в Иркутске произошло антиколчаковское восстание, власть в городе перешла к эсэровскому Политцентру, который вскоре уступил ее большевистскому ревкому. У Байкала образовалась "пробка", не позволявшая чехам и отступавшим белогвардейцам продвинуться на восток.

Вагон адмирала был прицеплен к чешскому эшелону под гарантии безопасности командования легиона и лично генерала Сыровы. Большевики выдвинули чехам ультиматум, требуя выдать Колчака и угрожая в случае отказа взорвать байкальские тоннели. Легионеры предали доверившегося им Верховного правителя, который вскоре был расстрелян на льду Ангары.

В 1920 году чехи наконец ушли из России, вывезя из страны, помимо награбленного имущества, золотой запас Российской империи: слитки и монеты на сумму свыше 63 миллионов царских рублей. На эти деньги в Праге был создан "Легио-банк", ставший главной финансовой структурой вновь образованной Чехословакии.

В межвоенный период ее власти пытались усидеть разом на нескольких геополитических стульях, лавируя между СССР, Францией и Германией, пока в 1939 году без единого выстрела покорно не сдались Гитлеру, хотя имели в своем распоряжении мало в чем уступающую вермахту и готовую драться армию. Ее властители тоже предали.

Нацисты разделили Чехословакию на две части – протекторат Богемия и Моравия, занимавший территорию собственно Чехии, и "Словацкую республику", ставшую марионеткой Третьего рейха. С началом Великой Отечественной войны словацкие дивизии отправились на советско-германский фронт, где "прославились" жестокими анти-партизанскими акциями в Брянской области и на Украине, когда уничтожались целые населённые пункты вместе со всеми жителями. Сыновья-каратели стали "достойными" преемниками отцов-легионеров, зверствовавших в России за 20 лет до того.



Раздел Чехословакии в 1938 - 1939 года


В свою очередь располагавший большим промышленным потенциалом протекторат Богемия и Моравия стал для нацистов надёжным арсеналом: всю войну чешские заводы и фабрики исправно выпускали для вермахта орудия, пулемёты, стрелковое вооружение, самолеты и всевозможную бронетехнику. Не менее трети всего танкового парка Германии было произведено на чешских предприятиях.

При этом, в отличие от Польши, Украины, Белоруссии и даже соседней Словакии, в Чехии не было никакого движения Сопротивления. Партизаны появились здесь лишь в самом конце 1944-го, правда, их костяк составляли советские десантники, которые привлекали местных жителей. Самостоятельно чехи "восстали" против нацистов лишь в мае 1945-го, когда уже пал Берлин. И даже в таких условиях совершили ещё одно предательство...

Через Чехию на запад, спасаясь от возмездия, уходила 1-я дивизия т.н. Русской освободительной армии генерала Власова. Когда Прага восстала, немцы бросили против повстанцев войска СС. Опасаясь за успех своего предприятия, лидеры восстания обратились к власовцам за помощью, обещая им политическое убежище и защиту от выдачи советским властям.

Власовцы пришли на выручку повстанцам, вступив в уличные бои с эсэсовцами. Но узнав, что к Праге уже подходят танки 1-го Украинского фронта маршала Конева, чехи мгновенно "переобулись", тут же забыв об обещаниях, и недвусмысленно намекнули командирам РОА, чтобы они убирались из Праги.



Повстанцы на улицах Праги (май 1945 года)


Ошалевшие от такой неблагодарности власовцы поспешно ушли. Плохо пришлось отставшим и раненым – чехи устроили на них настоящую охоту, убивая без разбора. Таким мерзким образом они хотели выслужиться перед новыми хозяевами, пришедшими из Советского Союза.

Нет и не может быть никакого оправдания ни власовцам, ни их "вождям" за измену Родине в годы войны. Но это – наша проблема и наши внутренние разборки. Между тем, именно власовцы не позволили нацистам уничтожить Прагу в первые дни восстания. Поэтому, с позиций морали, то, как чехи поступили с солдатами РОА, не менее отвратно, чем предательство адмирала Колчака в годы гражданской войны.


часть вторая
Даже пребывая в составе социалистического лагеря, чешские правители стремились избавиться от влияния Москвы, вернувшись на службу западным хозяевам. Это не удалось в 1968-м, но успешно получилось в 1989-м.

Вопреки утверждениям современного чешского официоза, события 1968 года, именуемые "Пражской весной", были вызваны не "массовым всенародным порывом к свободе и демократии", а интригами правящей верхушки, которые закончились вводом в страну войск государств Варшавского договора.

Чешские политики, не зависимо от цвета их политических знамён, всегда предпочитали иметь себе западного хозяина, а не восточного: столетия, проведённые под скипетром Габсбургов не прошли бесследно. Поэтому руководители компартии ЧССР, даже публично высказывая лояльность СССР, подсознательно тянулись к привычному Западу...

В середине 1960-х в Советском Союзе развернулась нешуточная борьба за власть. Партийная элита, свергшая Никиту Хрущёва, не была единой. Возглавивший страну Леонид Брежнев, чтобы удержаться в кресле генсека, первые годы был вынужден постоянно лавировать между разными группировками внутри ЦК КПСС. Кроме того, в этот период сильно обострились отношения с маоистским Китаем, едва не поставившие мир на грань Третьей мировой войны. В таких условиях Москве было не до Восточной Европы, чем и воспользовались чешские правители.

В январе 1968-го под давлением внутрипартийной оппозиции был снят с должности глава КПЧ Антонин Новотны, его место занял не скрывавший симпатий к Западу Александр Дубчек. Новый главный чешский коммунист первым делом стал расставлять везде лично преданных ему людей, а, укрепив позиции в партийном аппарате, начал делать острожные выпады, говоря о необходимости построения в Чехословакии "социализма с человеческим лицом" (через 17 лет эту же риторику будет использовать Горбачев).

В рамках чешской "перестройки" Дубчек и его соратники предлагали частично перевести экономику на рыночные рельсы, отказавшись от ее планового характера, ввести хозрасчёт на предприятиях, переложив руководство ими с назначаемых директоров на некое "рабочее самоуправление".

Но это была лишь ширма, за которой Дубчек провел два важных решения: открыл гражданам свободный выезд за границу и предоставил СМИ "свободу слова", разрешив писать все, что угодно, включая откровенную антисоветчину.



Александр Дубчек на обложке американского журнала Time (апрель 1968 года)


Под видом построения "социализма с человеческим лицом" лидер КПЧ затеял реставрацию капитализма и начал информационную кампанию по формированию соответствующих настроений. Москва молчала, и тогда от острожных антисоветских намёков чешские СМИ перешли к открытым нападкам на СССР. Причём занимались этим не столько легализованные диссиденты, сколько партийная печать.

    Журнал Чехословацкого союза молодежи "Млада фронт" (июнь 1968 года):

    "Закон, который мы должны принять, должен запретить всякую коммунистическую деятельность в Чехословакии. Мы запретим деятельность КПЧ и распустим её. Мы сожжём книги коммунистических идеологов – Маркса, Энгельса, Ленина".

Росту антисоветских настроений способствовала объявленная по инициативе Дубчека амнистия. На свободу вышли католические активисты, местные либералы и даже бывшие нацисты, служившие в годы войны в вермахте и СС. Они стали объединяться в политические структуры, вроде "Клуба 231", быстро превратившегося в центр притяжения антисоветчиков и русофобов.

    Председатель "Клуба  231" Ярослав Бродский:

    "Самый лучший коммунист – это мёртвый коммунист, а если он ещё жив, то ему следует выдернуть ноги и руки".

Многие партийные руководители пошли на поводу у этих недобитков. Из органов власти, редакций газет и журналов стали увольнять тех, кто оставался верен дружбе с СССР. Их травили в прессе, часто избивали прямо на улицах. А СМИ заговорили уже не только о "независимой внешней политике", как было поначалу, но и о выходе Чехословакии из Варшавского договора, чтобы потом плавно перейти под эгиду НАТО. Чешские издания обнаглели настолько, что принялись выдвигать претензии к СССР, требуя вернуть Закарпатье, на том основании, что эта территория советской Украины до 1939 года входила в состав Чехословакии...

Брежнев долго терпел эту вакханалию, надеясь, что Дубчек "образумится". Однако лидеры других социалистических стран, опасавшиеся, что нечто подобное может начаться и у них, ждать не стали. В Дрездене состоялась экстренная встреча руководителей стран Варшавского договора, на которой Дубчек был подвергнут жёсткой критике. Первые лица ГДР, Болгарии и Польши призывали Москву принять самые решительные меры, утверждая, что Чехословакия прямиком идёт в то кровавое болото, в которое угодила Венгрия в 1956-м.

Но Брежнев не спешил, дожидаясь момента, когда за помощью обратится сам Дубчек. В Кремле знали, что "отец Пражской весны" перестал контролировать ситуацию и пребывает в полной растерянности. И Брежнев дождался – именно по просьбе Дубчека (и это зафиксировано документально), в Чехословакию вступили войска Варшавского договора. Из более чем 250 тысяч военнослужащих, введенных в страну в рамках операции "Дунай", 170 тысяч носили погоны Советской Армии, остальные представляли вооруженные силы ГДР, Польши, Болгарии и Венгрии.

Быстро выяснилось, что никакой массовой поддержки антисоветской оппозиции в Чехословакии нет. Имели место лишь отдельные случаи неповиновения, но никакого масштабного вооружённого сопротивления не было: из-за различных инцидентов погибло лишь несколько десятков граждан Чехословакии. А вожди "чешской перестройки" либо трусливо бежали за границу, либо тут же покаялись, вновь перейдя на позиции "чехословацко-советской дружбы". В общем, всё как всегда: хозяин показал зубы, и чешские правители тут же послушно завиляли хвостами…

Избавиться от влияния Москвы чехам удалось только после начала "перестройки" в СССР. В событиях т.н. бархатной революции 1989 года не было ничего героического или выдающегося. Просто предатель Горбачёв дал руководителям компартий стран Восточной Европы отмашку, и те быстро сменили политическую окраску. Чешские правители и тут остались верны себе: ради похвалы новых хозяев они возвели русофобию фактически в ранг государственной идеологии.

Первый глава МИД "свободной" Чехии Карел Шварценберг еще в 1990-е открыто называл Россию "врагом" и призывал снести все памятники нашим воинам, погибшим при освобождении страны от нацистов.



Глава ЧССР Густав Гусак встречает советского лидера Михаила Горбачева (апрель 1987 года)


Как оказалось, на эту стратегию не повлияло ни время, ни потепление отношений между нашими странами в 2010-е.

Как только для Запада Россия вновь стала противником, а США провозгласили новый антироссийский крестовый поход, чешские власти тут же послушно взяли под козырёк – доктрина Шварценберга начала быстро воплощаться на практике в виде сноса памятника маршалу Ивану Коневу в Праге и массовой высылки российских дипломатов под явно притянутым за уши предлогом. Как говорится, ничего личного – "старшой приказал проводить до автобуса".

Россия сегодня поступила верно, объявив эту страну недружественной. Только вряд ли от этого что-то существенно поменяется в характере чешского полит-бомонда. И если завтра мировым гегемоном станет Китай, то увидите, как чешские политики в числе первых бросятся в Пекин выражать своё глубочайшее холуйское почтение новому хозяину.

Им не привыкать...

ссылка
ссылка


*ссылка




Интересуетесь историей? Милости прошу!


Tags: Вторая мировая война
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 127 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal